Oops! It appears that you have disabled your Javascript. In order for you to see this page as it is meant to appear, we ask that you please re-enable your Javascript!

Опубликовано: 17.01.2019

Философствования об упаковке, или философия упаковки (часть 3)

Кушать упаковки, созданные природой: апельсин в кожуре, птичье яйцо в скорлупе… Но все же большинство упаковок создано человеком. Образцово два миллиона лет человечество сопровождает искусственная тара.

См. также "Философствования об упаковке, или философия упаковки (часть 1)" и "Философствования об упаковке, или философия упаковки (доля 2)"

Упаковка и экология

Думаю, что практически любая хозяйственная, а тем более промышленная, деятельность человека почти вечно наносит окружающей природе вред (поправимый или непоправимый – другой разговор), а значит, и вред самому человеку. При стройке первых железных дорог появлялись опасения (кстати, не всегда необоснованные) за судьбу животного мира. Строительство каскадов гидроэлектростанций на Волге повергло к снижению рыбных запасов страны. Вопрос о вреде строительства на берегу Байкала целлюлозно-бумажного комната поднимал фильм С. Герасимова «У озера», вышедший еще в 1969 году. Заключительнее даже ближе к теме. Ведь бумага – это еще и упаковка.

Тут, собственно, две проблемы: вред от изготовления упаковок и вред от засорения ими натуры. Но, на мой взгляд, и та, и другая возможные пагубности упаковки выхватываются из общей тематики борьбы за чистоту окружающей человека среды. Что вполне удобопонятно: упаковки, как впрочем, им и положено, заметнее. Тем не менее, возможный вред при производстве полимерных упаковочных материалов нельзя отделять от вероятного ущерба, наносимого всей химической индустрией. А проблему засорения лесов и весей использованной тарой не стоит выделять в отдельную тему, решая ее в рамках сбора всех отходов деятельности человека.

Философствования об упаковке, или философия упаковки (часть 3)

Вечно и везде, там, где появлялся человек, его жилище обрастало мусором. Археологи, по сути, копаются в мусоре древних людей. А осколки старых сосудов – это остатки ставшей ненужной и выброшенной человеком тары. Такое наплевательское отношение к использованным упаковкам осталось до сих пор. Иное дело, что сейчас их стало куда как больше.

Проще всего решить любую загвоздку путем запрета. Перефразируя популярную, но мрачную присказку: «Нет упаковки – нет проблемы», некоторые пытаются так решить действительно насущную задачу очищения натуры. А ведь упаковка не сама замусоривает нашу жизнь, это делает человек. А его воспитать, тем более, перевоспитать, куда как сложнее.

Особенно достается в этом плане полимерной таре. Но приметил, что в большинстве случаев призывы ее запретить (а то некие конкретные действия по запрету) раздаются из стран, где массовое упаковывание продукции завязалось не столь давно, где избыток упаковки проявился очень резко. В более «упаковачно-развитых» странах вал тары нарастал исподволь, с ним поэтапно и справлялись. Одна из стран, «задыхающихся» в отходах упаковки, – наша Родина. Поэтому вытекающий раздел этих заметок стоит посвятить ей, ее «самобытности» в упаковках и упаковывании.

«Российский путь» упаковки

Национальные, государственные или географические особенности в развитии утилитарны всего, несомненно, существуют. Но понятие какого-то особенного «национального пути» в чем угодно автору, как правило, не нравятся. Тем не немного считаю, что «российский (или, если кому больше нравится: русский) путь» упаковочной индустрии, – увы, реальность. Желая то же самое, возможно, характерно и для других «упаковочно-непродвинутых» стран.

Первое, что отражает этот путь: поздняя и тихая механизация упаковочных процессов. Механическое изготовление папирос началась на табачных фабриках в середине 90-х годов XIX века, а механизация формирования стопки и помещения туда табачных изделий – только в 40-х века прошлого. Кондитерские фабрики и до и после 1917 года спускали прекрасные конфеты и карамель. Но автоматически их стали заворачивать лишь в 1950-е годы.

Второе касается выпуска оборудования. Тут вечно было «где пусто, а где густо». Производилось в СССР достаточно много (в основном, по номенклатуре, а не общему количеству) фасовочного и упаковочного оборудования, но при этом было крайне немного оборудования для группового упаковывания. То же и сейчас. Бурно начинавшие в начале 1990-х с выпуска оборудования, оперирующего с гибкими материалами на полимерной основе, молодые предприятия упаковочного машиностроения так и остались в основном в этой сфере деятельности. Весьма трудно у этих заводов происходит расширение номенклатуры в «область неизвестного». И последние наблюдения показывают, что, скорее, они шагают на то, чтобы стать поставщиком нового «из-за бугра», нежели изготовить это самим. Но есть то, что в лучшую сторонку отличает современное отечественное упаковочное машиностроение от советского. Если раньше большинство моделей техники выпускалось в течение немало лет, то сейчас замена на новые или значительно усовершенствованные образцы оборудования происходит постоянно.

Третье, и снова положительное в нынешнем «русском линии», – это тот факт, что если у нас начинают выпускать какие-то упаковочные материалы, средства или оборудование, то при этом в кратчайшие сроки достигаются показатели, вполне сопоставимые с образчиками мировых лидеров.

Наша «широта души», или, если хотите, «разухабистость» (не только в касательстве дорог) – четвертое, что характеризует «русский путь». Наша страна позже других солидных краёв узнала, что такое излишняя упаковка и как она засоряет Землю. И вместо того, чтобы разобраться и предложить толковое решение проблемы, у нас, как было отмечено ранее, все больше звучат призывы: «Запретить!».

Пятое, что, в общем-то, вообще довольно характерно для всей жизни края. Это наша «забывчивость» по отношению к тому, что было раньше. Существовал «русский стиль» в этикетке, был, пускай и не так ярко выраженный, да и еще и сдерживаемый тогдашними полиграфическими возможностями, «советский стиль» в оформлении упакованной продукции. Но и тот, и иной, по сути, пропали. В большинстве случаев при оформлении упаковок наши дизайнеры идут от «мировых стандартов». Вплоть до изображения на товарах для детей зверушек «поиноземнее». Да и мы, просто «любители», обсуждая новые упаковки, чаще идем не от национальных традиций, а от мировых трендов. Бесспорно, есть прекрасный дизайн современных отечественных упаковок, точно ухвативший стиль жизни и стиль этикеток дореволюционной России и Края Советов. Но и множество «обращений к прошлому» – это «кичеватые» упаковки «а ля рюсс» или «а ля совьетик». Да что там «забвение манера», русский язык на упаковках товаров для внутреннего потребления все чаще заменяется иностранным!

Философствования об упаковке, или философия упаковки (часть 3)

То, что мы «не помним родства» проявляется и в нередко повторяемых фразах, вроде: «Упаковочная индустрия в Российской Федерации формируется всего около 20 лет…». Но не это самое нехорошее. Гораздо хуже, что за эти же 20 лет мы потеряли упаковочную школу, которая, хотя и не была столь сильной в сравнении со школами кой-каких «упаковочно-развитых» стран, но все же имела ряд успехов, в том числе международного уровня.

Шестой «населенный пункт» на «российском упаковочном большаке». У нас за эти же годы не создано (или не привнесено извне) того, на что раньше внимания просто не обращалось, а сейчас крайне необходимо. Имею в облику работы по экономике упаковывания. Среди достаточно широко издаваемой в советские времена упаковочной литературы знаю только одну книжку, да и то переводную, где хоть как-то коснулись технико-экономических обоснований внедрения процессов упаковывания (Организация упаковки продовольственных товаров / Пер. с венгерского Л. И. Павлова. – М.: Агропромиздат, 1987). Нынешнюю литературу почитываю меньше, вероятно, я не в курсе дела, но пока не встречал в ней ничего об экономике.

Тем не менее, «российский путь», хотя он и есть в упаковках и в упаковывании, – это преходящая дорога, связанная, прежде всего, с молодостью наших рыночных отношений. И этот наш путь медленно, но верно вливается в общемировое шоссе развития упаковок, пускай и сохраняя некоторые свои «национальные особенности».

Человек и упаковка

Или, если говорить с пафосом: «человечество и упаковка». Все о чем рассказывалось в этих заметках, по сути, изливается в заголовок последней. Человек создал упаковку, упаковка многократно спасала и конкретного человека, и группы людей и, если не избавила человечество в целом, то его развитию очень поспособствовала. Но бывало, что упаковка становилась причиной гибели людей. Она же и бывала причиной кой-каких людских проблем.

Собственно говоря, взаимодействие человека и упаковки, их влияние друг на друга – и есть то, что следует соображать под «философией упаковки». Относясь к себе с иронией, признаю, что все здесь написанное, скорее, «философствования», а никак не «философия», и даже не самые несмелые ее основы. Но думаю, что если кто-то начнет подробнее разрабатывать эти темы (наверное, тематика может быть и шире, вероятно, читатели подскажут), он заложит более фундаментальные «камни» будущей философии. Впрочем, начало изучения взаимодействия человека и упаковки уже заложено и даже изложено. Так, в книгах Т. Хайна (Хайн Т. Все об упаковке: Эволюция и секреты коробок, бутылок, консервных банок и тюбиков / Пер. с англ. И. Шаргородской. — СПб.: Азбука — Терра, 1997) или Ю. Ковалева (Ковалев Ю. Н. От амфоры до тетрапака – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Агропромиздат, 1989). А неужели статьи уважаемой К. Архангельской на нашем портале не укладываются в понятие «философия упаковки»?

Зачем же нужно разрабатывать философию упаковки? Желая бы для того, чтобы все чаще, беря в руки упакованный товар, люди говорили «упаковка дорогого стоит», а не «упаковка стоит дорогостояще». Или вспоминали похожую мысль, высказанную одним из основателей компании «Тетра Пак» Рубеном Рауcингом (в кое-каких отечественных источниках Раузингом (Rausing)),: «Настоящая упаковка экономит больше, чем она стоит!» (цитирую по упомянутой книжке Ю. Ковалева).

Автор выражает свое почтение читателям портала Unipack.Ru, сумевшим «осилить» эти «филосовствования».

Ключ